Ум в аду, а сердце в раю. Протоиерей Игорь Рябко

Пастырь — Люди ищут в храмах Живого Бога, а не наших рассказов о Нём

Ум в аду, а сердце в раю. Протоиерей Игорь Рябко

Скажите, как бы вы относились к врачу, который на ваши жалобы на здоровье выписывает кучу таблеток и заверяет, что после смерти нам обязательно станет хорошо, а пока не умрёте, пейте вот это всё.

«Спасибо, но я хочу что бы мне ещё при жизни полегчало» — но врач не даёт вам на это особой надежды, и продолжает уверять, что только после смерти вам должно стать намного лучше.

Придём ли мы к этому доктору еще раз? Навряд ли.

Поэтому люди и не идут в храм, видя в Церкви только социальный институт, ведь мы не редко говорим как этот доктор. «Соблюдайте режим, поститесь, лишайте себя разного ряда наслаждений, воздерживайтесь во всем». Зачем? «А затем что бы потом, после того как вы умрете, вам стало очень хорошо, и что бы вы не попали туда, где намного хуже».

Вот поэтому-то люди, у которых нет ни личного опыта встречи с Богом, ни чувства Бога в своем сердце, отказываются жить по нашим правилам. Они говорят: «Нет, ищете дураков в другом месте! Восемьдесят лет, я буду себя ущемлять, ради того, чтобы может быть потом попасть в рай.

А если его нет вообще? Как можно соблюдать то, на что нет гарантий? Вы нам сначала покажите, а потом уже говорите, что нужно делать, для того чтобы вот это получить». Это логично и правильно.

Как можно стремиться к тому, чего не видишь, и пытаться приобрести то, чего нельзя взять потрогать?

Церковь — это опытная жизнь. В ней уже здесь и сейчас присутствует опыт вечной жизни. Если мы не распробуем Благодать Бога на вкус в этой земной жизни, то по ту сторону могилы, мы её уже точно не получим. «Получишь после смерти» — это не православная, а мусульманская вера.

Церковь же нас учит: «Вкусите и увидите, яко благ Господь». В святых Дарах она нас призывает: «Тело Христово примете, Источника бессмертного вкусите». Если сладость Бога не приникнет в сердце, то вывод безбожников будет вполне логичен: «Вас дурачат.

Живите и берите от жизни всё, не верьте этой поповской пропаганде».

Что давало мученикам нечеловеческие силы терпеть пытки? Идти в пасть к львам, жить бомжами и скитальцами на Земле? Матерям смотреть на то, как мучают их детей? Вера в то, что «там будет хорошо»? И кто-то думает что наша молодежь на это купится? Нет, для них святые будут всего лишь умалишёнными людьми.

Нифонт Затворник поселился в пещере в двадцать четыре года, и прожил там шестьдесят лет. Святая мученица Екатерина, красавица и умница, вместо того что бы рожать детей, жить в счастье и достатке, отказывается от выгодного брака и ради своих убеждений претерпевает жесточайшие пытки и истязания. Неужели кто-то думает, что всё это был выгодный расчет? «Здесь помучаюсь, чтобы там уже расслабиться и жить в свое удовольствие». Если мы будем так думать, и тем более так учить, то станем первыми врагами Церкви, ещё большими, чем наши гонители, разрушая её изнутри.

Тот, в кого проникла хотят бы капля Благодати, уже ни за что не захочет возвращается в тому, что предлагает ему этом земной мир. Потому что и мир ищет счастья, но не там, где оно находиться на самом деле. Церковь — это место, где человек может закричать: «Эврика! Нашел то, что давно искал!».

Реальный живой опыт жизни во Христе меняет человека так, что он уже не находит покоя и сладости в этом мире. Не после смерти, а в этой жизни душа начинает жить в Небесном Царстве. Путь к горнему Отчеству долог, труден и опасен, но это единственный смысл нашей жизни на Земле.

Вхождение в духовный опыт святых, вчувствование в их жизни, внутренняя эмпатия к их духу делает человека христианином.

Если мы будет кормить людей рассказами, что когда-то там потом вам будет хорошо, а пока терпите, когда вам плохо, то следующим нашим шагом будет извращение жизни церковного Тела.

Мы будет приспосабливать Церковь под нужды мира, а не себя под требования Церкви. Храмостроительство будет всё более и более тяготеть к мировым стандартам кафе и ресторанов, где можно было бы удобно сидеть и вкушать душевную продукцию приготовленную из звука, голоса и изобразительного искусства.

Эстетическое чувство будет потреблять изысканные ингредиенты с высокопарной патетикой, а вместо духоносных отцов будут священнослужители, стандартизованные под требование Голливуда.

Говорить и учить они будут богословски правильно, эмоционально возвышено, и риторски безупречно, но… только одна поправка — Христа там уже не будет.

Сегодня, как и вчера, люди ищут Живого Бога, а не слов о Нём. Они ищут не логических доказательств бытия Бога, а живого опыта общения с Ним. И если мы Его не сможем им это дать, то все наши слова напрасны, а добрые дела тщетны. Вот те плоды, которые должно принести Слово на доброй почве нашего сердца, главный из которых — это обретение молитвы.

Один ныне здравствующий иеромонах, подвизающийся на Афоне, так пишет о своем начале этого опыта: «Ночь стала для меня особым молитвенным таинством, неизмеримо превосходящим все земные восторги и утешения.

Ночные бдения далеко отогнали дремоту и вялость и превратили каждую ночь в духовный день сладкой молитвы и слезного покаяния. Слезы безостановочно текли из глаз при одном воспоминании имени Иисуса, молитва лилась легко, словно сокровенная мелодия души.

Я молился неустанно, не разделяя сутки на день и ночь, уже не связывая ее ни с какой погодой, с ее снегопадами, с метельным завыванием или кротким сиянием месяца и Млечного пути над головой.

Тогда мое молитвенное правило составляло восемнадцать часов в сутки, шесть часов я оставил на отдых и сон, с перерывом на обед, заготовку дров и выпечку лепешек…»

Вот добрый и зримый плод Слова Божьего попавшего на добрую почву сердца. Молитва и всё, что с ней связано — это единственный измеритель качества нашей с вами почвы.

Источник: https://priest.today/news/prot_igor_ryabko_o_molitve_i_dobrih_plodah

Вера – это компас, ведущий в Рай. Разговор в преддверии Рождества. Протоиерей Игорь Рябко

Ум в аду, а сердце в раю. Протоиерей Игорь Рябко

Вера – это компас, ведущий в Рай. Разговор в преддверии Рождества

 Протоиерей Игорь Рябко

Апостольское чтение недели перед Рождеством Христовым посвящено теме значения веры в жизни христианина. А вера Авраама, Исаака, Иакова должна служить нам примером.

Благодаря своей вере эти люди стали тайнозрителями будущих судеб мира и Церкви, которые исполнились в событии Рождества Христова. Вера этих людей является примером того, как нам нужно учиться смотреть на историю человечества.

Живя в тленном материальном мире, мы своим внутренним оком должны прозревать жизнь будущего века, нашу вечную родину, к которой мы стремимся подобно нашим праотцам.

Редким Божиим избранникам дается видение рая уже в земной жизни. Схимонах Николай (Абрулах), который перешел в православие из мусульман, претерпел от иноверцев страшные страдания. За эти муки Бог показал ему райские селения.

«Трудно передать словами, – говорит он, – даже самое отдаленное подобие красоты этого места – красоты поистине не гибнущей и неизреченной. Скуден и беден человеческий язык, чтобы передать великолепие рая».

Пока наш ум держится за этот мир и смотрит в землю, он не может видеть Небо. Уверовать в Бога, признать Его бытие и власть не составляет особого труда для души. Значительно сложнее укрепиться в вере и сделать ее смыслом всей жизни. Читая книги о вере и Боге, мы преодолеваем целые горы слов.

Книги обогащают нашу эрудицию, плетения слов – изощряют интеллект, но когда Сам Бог входит в душу, то умолкают все слова и становятся ненужными никакие книги. Свет Христов просвещает сердце, которому ничего не нужно, кроме Бога.

Наш дух создан не миром, а Богом, и ему не свойственно держаться за этот мир.

Когда-то давно меня пригласили послужить панихиду в доме одного известного человека, который недавно умер. Я зашел не в дом, а скорее в дворец. На стенах висели дорогие картины, на полу стояли шикарные вазы, везде очень дорогая мебель.

Но для молитвы мне нужны были иконы. Я попросил вдову принести мне икону Спасителя или Богородицы, чтобы перед ними вознести молитвы о новопреставленном.

Оказалось, в этом роге изобилия не было ни одной нормальной иконы, перед которой можно было бы отслужить службу.

С трудом нашли какой-то карманный ламинированный вариант. Я конечно же отслужил службу, но в душе осталось чувство глубокой жалости к этим людям, так бездумно проживающих свою единственную короткую жизнь.

Чтобы свободно парить над землей, за нее не нужно цепляться. Мы суетимся, ропщем, боимся – и все это делает нам глубоко несчастными. У человека может быть много денег в кошельке и целый ад в душе. А может быть благодать в сердце и бесконечный рай в душе. Тот, кто не боится ничего потерять – блажен, потому что его дух находит свой покой в Боге, которого он никогда не сможет потерять.

Если ты не цепляешься умом за мирское, то освобождаешься от мира. Если не цепляешься умом за помыслы, то освобождаешься от страха. Если тебя кто-то обидел или разозлил, это не значит, что тебя действительно разозлили или обидели.

Это значит, что твой ум зацепился за обиду и злость, и потерял таким образом свою свободу. Наш ум таскает нас по миру, как спесивая собака глупого хозяина. Привяжи свой ум к сердцу на поводке внимания и молитвы и приобретешь покой от дурных помыслов.

Оставь рассеянность ума, дыши и живи одной молитвой и найдешь мир и радость.

Вера живет не в мозгах и не в словах, а в чистом сердце. Бог не исчезает и не появляется. Исчезает и появляется только сердечная чистота. При ее потере Бог как бы теряется из радаров наших сердец. А когда через молитву, смирение и покаяние мы снова очищаем внутреннее зрение души, то опять начинаем видеть Его ясно.

В Боге душа успокаивается и обретает свой дом. Спокойствие ума и его покой не одно и то же. Спокойствие – это то, что принадлежит этому миру, а покой – это вхождение ума в нерукотворный свет Христовой благодати.

Для христианина вера – это крылья. Оторвавшись от земли, человек обретает нескончаемую свободу. Но чтобы это произошло, ему нужно растоптать свое самолюбие ногами других людей. Царство Божие – это Царство блаженной радости и тихости Святого Духа.

Работать всю жизнь ради куска хлеба, забывая о «Царстве Божьем и правде Его», значит жить во лжи. Только сердце, просвещенное благодатью, является источником непрекращающегося счастья, над которым даже смерть не имеет власти.

Все остальное – ложь и обман.

Когда-то я провожал в последний путь одну свою добрую знакомую. Простая женщина, которая ничем особым не отличалась кроме того, что глубоко и искренне верила в Бога, и главным смыслом своей жизни видела творение добрых дел и вообще жизнь по заповедям.

Редкий случай, когда внутреннее чувство не соответствует внешней обстановке. Собрались родственники, знакомые, у большинства слезы на глазах. А вокруг разлита радость Пасхи. Произносить ектеньи об упокоении хочется с доброй улыбкой.

«Господи! Душа сбылась: Умысел твой самый тайный», – хочется повторить строки Марины Цветаевой над могилой таких людей эти.

В молитве человек разбивает кувалдой гранит смерти, но нужно пролить море пота прежде, чем на щебне этих обломков забьет источник чистой молитвы и созерцания.

Отличительная черта истинного христианина та, что он сумел победить смерть прежде самой смерти. Цитаты святых отцов и книжные знания не спасут и в момент смерти не помогут.

Только благодать, накопленная в течении жизни, сможет стать стеной между адом и душой.

Православие – это вера, которая дана нам для спасения, а не для украшения быта. Она сеет Царство Божие в нашем сердце уже в этой жизни, и дает стократный урожай в жизни будущего века. Вера — это компас, следуя которому, мы входим в сияющие вечные чертоги Рая.

В эти светлые дни, когда мы готовимся к встрече Рождества Христова мы можем вспомнить что и волхвы, и пастухи нашли свой путь к Вифлеемскому младенцу идя дорогой веры. Одних по этой дороге вел ум, а других сердце. Первым пришлось идти намного дольше, чем вторым.

Путь сердца к Богу всегда короче пути ума. Но важен в конечно итоге результат – найти Христа и обрести в нем покой.

Источник: spzh.news

Источник: http://kotovsk-istok.com.ua/vzglyad/cerkov/59-beseda-propoved/7599-vera-eto-kompas-vedushchij-v-raj-razgovor-v-preddverii-rozhdestva-protoierej-igor-ryabko.html

Исихазм слово — 39. место сердечное. протоиерей игорь рябко — храм

Ум в аду, а сердце в раю. Протоиерей Игорь Рябко

Исиха́зм (от др.-греч. ἡσυχία, «спокойствие, тишина, уединение») — христианское мистическое мировоззрение, древняя традиция духовной практики, составляющая основу православного аскетизма.

ИСИХАЗМ СЛОВО — 39МЕСТО СЕРДЕЧНОЕОба метода, как искусственный, так и естественный, это не более чем практические приемы сведения ума в сердце. Однако успех начинаний зависит от благословения свыше, так как «сердечное место можно различить только при содействии благодати Божией».

«Что значит место сердечное, о котором говорят святые отцы?» Ответ таков: «Это — словесная сила, или дух человека, присутствующий в верхней части сердца, подобно тому, как ум присутствует в головном мозге». Речь идет о неосязаемой точке концентрации духовной силы, но искать ее мы вынуждены, привязываясь к физическим органам и телесным ощущениям».

Человек движется ощупью — от материи к духу, поэтому подвижник, «сходя умом в сердце свое, сначала вот в это — плотяное сердце», затем только «начинает проникать в те глубины его, которые уже суть не плоть» .Поиск сердечного места может показаться делом слишком туманным.

Эта неопределенность остается по мысли отцов до тех пор, пока человек не ощутит в сердце чувственный отзыв на слова молитвы, который и помогает распознать искомое. В повседневной жизни мы иной раз непроизвольно обнаруживаем как раз это место.

Сюда — к своей груди, именно к верхней, а не к нижней части сердца, — мы невольно прикладываем руку, когда искренно восклицаем: «Я вас от всей души благодарю!», «Я вам от всего сердца желаю!» В ту же точку мы указываем собственным пальцем, когда в порыве удивления или возмущения переспрашиваем: «Кто? Я?!» Совсем не случайно, хотя и бессознательно, это место связывается у нас с нашим «я», с областью обитания нашего духа. В то же время, вполне сознательно и определенно указывают на эту связь опытные аскеты: там, «где отзывается и чувствуется печаль, радость, гнев и прочее, — там сердце. Там и вниманием стойте». Но не все так просто. Действительно, взволнованность и умиление, а особенно острота и болезненность скорбных переживаний затрагивают сердечную область и помогают непроизвольно удержать ум в сердце. Но чувство — понятие слишком расплывчатое, если не рассматривать его в рамках законов аскетики. Очень важно уточнить: молитвенное чувство должно быть проявлением духовности, а не экзальтированной душевности. Поскольку и мыслительная (духовная), и раздражительная (душевная) силы души сосредоточены в сердце, то от умения держать ум в нужном месте зависит, будем ли мы молиться в духе и истине или возбуждать воображение, питая страстную часть души.Можно было бы сказать: не ищи место сердечное, а ищи чувство сердечное, и оно само укажет и место. Тем не менее, важно с определенностью знать расположение этой точки, ее физическую привязку, так как ошибки в ее нахождении могут привести к недоразумениям и даже грозить душевным повреждением. Вот отчего столько внимания уделяется этому вопросу.Известны два основных пути, на которых сердце раскрывается в живом обращении к Богу. Обычным порядком это достигается при последовательной, методичной внутренней работе над своей душой. Это долгий путь аскетического подвига, освященный традицией. На него уходит порой вся жизнь. Но случается и внезапное стяжание сердечной молитвы — при острых переживаниях, при сильном потрясении, в экстремальных обстоятельствах, в моменты стресса, при катастрофах или на войне. «Кого посетит Господь тяжким испытанием, скорбью, лишением возлюбленного из ближних, тот невольно помолится всем сердцем и всем помышлением своим, всем умом своим. Следственно, источник молитвы у всякого есть, но отверзается он или постепенным углублением в себя, по учению отцов, или мгновенно Божиим сверлом» .Молитвенный плод, обретенный на первом пути, бывает устойчив, он глубоко и надежно укоренен. «Истинную молитву стяжать неизреченно трудно. Не раз душа за подвиг сей приблизится ко вратам смертным. Но кто уже сподобится стяжать ее, у того она, как болячка, врастет в сердце и ничто не измет ее… Молитва истинная есть та, которая вросла в душу и совершается духом. Для стяжания ее великий потребен подвиг умственный и телесный». Молитва же, порожденная в сердце по мановению «Божьего сверла», будет слишком непрочной, удержать ее, несмотря на все усилия, оказывается невозможно.В случае такого невольного молитвенного посещения возникает известная трудность: поскольку сердечное чувство обретено спонтанно —случайной неожиданно, — человек еще не приучен к точному распознанию сердечного места, ум еще не привязан к нему, а потому легко соскальзывает в более сродную ему область действия раздражительной силы, и молитва, вместо того чтобы «совершаться духом», обращается в душевную чувственность.По учению Отцов когда человек будет готов к сведению ума в сердце, то, «пусть соберет свой ум от внешнего рассеяния мирскими предметами и, преклонив главу на грудь, попробует найти место в груди и там внутри, поставив все свое внимание как некоего неусыпного и опытного стража и надсмотрщика, начнет проговаривать молитву с небольшим понуждением и сокрушением, не приводя в движение гортань и не двигая языком, но изводя молитву из глубин сердца», да еще при этом «пусть сдерживает немного свое дыхание». Далее мы найдем в отеческой литературе очень важное, настойчиво повторяемое уточнение: внимание надо установить не просто в сердце, но стать именно «над сердцем», «в вершине сердца» или «у сердца», в «преддверии сердечном», — такие или подобные выражения указывают на совершенно определенную область, примерно соответствующую верхней оконечности сердечной мышцы. Здесь находится искомое место.Существуют внешние признаки для определения сердечного места. Традиционно принята ориентация на левый сосок груди, но едва ли это пригодно для всех, учитывая разнообразие анатомических особенностей. Можно предложить иной способ, более надежный благодаря тому, что пропорциональное соотношение частей тела у всех примерно одинаково. Для этого нужно правую ладонь со всеми пятью сомкнутыми пальцами положить горизонтально на грудь так, чтобы большой палец находился непосредственно под межключичной впадиной, — тогда под мизинцем, пониже его конца, окажется искомое место.Именно сюда надлежит молящемуся направлять внимание своего ума. Но надо понимать, что этого еще не достаточно, задача сложнее. Нужно слить воедино три действия, а именно: удерживая ум в указанном месте, сосредотачиваться на молитвенной мысли и на молитвенном чувстве. Почему необходимо связывать молящийся ум именно с этой точкой. В верхней оконечности духовного сердца, средоточие нашего духа находиться духовная сила, освященная в таинстве крещения Божественной благодатью. Прочие, страстные, силы души — раздражительная и желательная, — доселе не преображенные благодатью, сосредоточены в средней и нижней части сердца. Поэтому по мысли Отцов уму, входя в сердце, надлежит пребывать в сфере действия именно облагодатствованной силы духа, способной и очищать, и освящать.Обратимся к свидетельству подвижников, восшедших в меру святости именно этим путем — через соединение ума и сердца. «Быть вниманием надо в сердце… именно — немного выше левого сосца, и там повторять молитву Иисусову». «Ежели молящийся человек держит внимание ума ниже, тогда бывает движение плоти» — то есть противное делу страстное разжжение. Когда «сердце возбудится к участию в молитве», тогда следует направлять ум «к верхней части сердца… над левым сосцом груди, несколько повыше его… Должно стараться, чтоб молитва действовала в самой вершине сердца, где пребывает словесная сила, и где, по этой причине, должно быть отправляемо богослужение». «Стать над сердцем, стать умом в сердце, из головы сойти в сердце — все сие одно и то же. Существо дела в сосредоточении внимания и стоянии пред невидимым Господом, но не в голове, а внутри груди — у сердца и в сердце. Когда придет Божия теплота, тогда все сие уяснится» , — то есть чувство укажет место сердечное. «Святой Иоанн Лествичник говорит: сидя на высоте, то есть утвердив внимание над сердцем, наблюдай, если ты искусен, как и когда приходят тати». Старец Василий Поляномерульский, пишет: «подобает в час молитвы стоять сверху сердца и зреть в глубину его».

Как ни желательно было бы начинать сразу с молитвы сердечной, но, за редким исключением, это оказывается невозможным. В таинстве крещения освящаются не все основные силы души, но только словесное ее начало — духовная мыслительная сила, а силы чувства и воли, оставаясь не преображенными, составляют до времени очищения страстную часть души. Когда человек в таком состоянии станет сосредотачивать внимание в сердце, то столкнется с серьезной проблемой: нетренированный, неустойчивый ум не сумеет удержаться в единственно подобающем ему месте — сердечном — в единении с духом человеческим. Внимание будет захвачено или чувственным движением, или помыслом, отчего возбудится воображение и страстное начало. Человек окажется в состоянии пленения противоборствующей ему силой. Это почти неизбежно, пока эмоциональное начало пребывает в нечистоте, а ум не имеет над ним контроля. Важность подготовительного периода словесной молитвы в тренировке ума и предочищающем воздействии на страстную часть души чему способстует вся духовная жизнь христианина. Духовная работа над собой, готовит почву, приводит душевный организм в новоначальное устроение, в состояние, из которого можно приступать к деятельной умно-сердечной молитве. (продолжение следует)

Источник: https://www.george.zp.ua/2749

Ум в аду, а сердце в раю. Протоиерей Игорь Рябко

Ум в аду, а сердце в раю. Протоиерей Игорь Рябко

08.07.20167054

Размышления над формулой спасения, данной Христом старцу Силуану

На что сегодня рассеивается наш ум? Куда мы тратим свое время? От того, что будет происходить на Критском соборе, нашей душе не холодно и не жарко. Холодно в Тартаре и жарко в Озере огненном ей будет от иных вещей. От того, что во время нашей земной жизни мы не успели заскочить на подножку лестницы, ведущей на Небо.

Каждое время отличается своими особенностями духовного делания, каждое время особое. Особенность нашего времени в том, что мы превратились в духовных паралитиков (расслабленных). Понятие подвига исчезло из практики современного духовно делания. На каждой исповеди мы, как правило, повторяем одно и то же, каждый день похож на другой как две капли воды.

Меняется только отражение в зеркале, но не моя душа. Какой была, такой и осталась. Так пройдет жизнь. Как спасаться сегодня? Что делать, когда чувствуешь, что ты ни на что не способен? Сердце каменное, и в душе пустота. Ни слез, ни умиления, и трудов, ни подвига. Живем «как все». Как все люди и как все животные. Работаем, питаемся, спим, размножаемся, болеем, стареем, умираем.

Очень редко улыбаемся, больше унываем. Дальше что?

Универсальная формула

Слова Христа, к кому бы они ни были обращены, всегда носят универсальный характер. Слово Божие обладает особым свойством быть объясненным и понятым бесчисленное количество раз.

Слова Христа, обращенные к старцу Силуану: «Держи ум в аду и не отчаивайся», – также имеют универсальное значение. Многие святые отцы видят в них помощь Божию людям нашего времени.

Новизна и необычность их формулировки создают сложность в понимании, но это не должно быть препятствием для человека, ищущего ответ на главный вопрос своей жизни: «Как же мне спастись?»

Место ада для нашего ума
Мир, в котором мы живем

Все скорбное, что случается в нашей жизни, – это наш личный ад. Болезни, война, потеря близких, нехватка денег, усталость от жизни, переживания, волнения, страх, боль, несправедливость, нанесенные обиды и прочее – спасительные жернова для нашей души.

Это средства, которые обрабатывают алмаз души, чтобы сделать из него бриллиант. Это наш индивидуальный ад, в котором ежедневно находится наш ум. Чем глубже человек, тем глубже в нем понимание вселенской трагедии нашего мира, тем больше скорби в душе. В земном, историческом мире никогда не будет торжества правды и любви.

Это место мучений. В нем мучаются все: животные, люди, птицы, деревья. Всё, что живет, живет мучительно и так же мучительно умирает. Попытка разбавить страдания радостью веселья похожа на пир во время чумы. Наутро настаёт похмелье, а в дверь уже стучится новая боль. Надежа в том, что этот ад жизни есть помощь Бога нам.

Это плавильная печь, в которой должны сгореть бактерии грехов нашей души.

Присутствие диавола и его бесов

Я думаю, что наш читатель понимает: мир бесовский не фольклорный и не сказочный. Но я не уверен в том, что мы понимаем, насколько значительно его участие в нашей жизни. На самом деле не проходит и дня, чтобы он не пытался дирижировать нами.

Многие из отцов, отвечая на вопрос «почему, если Бог всемогущ, Он дает возможность диаволу искушать нас, подвергать бедствиям и страданиям?», говорили: «Потому что это для нас полезно». Существование демонического мира попущено для нашей же пользы. Он один из важнейших игроков в нашей судьбе. Его нельзя недооценивать.

Он играет с нами настолько, насколько Бог ему это попускает. Он всегда будет строить тебе ловушки. Если нет диавола в твоей жизни, то это означает лишь одно – ты доживаешь свой век в его клетке. Если ты решил сбежать из его темницы, он будет гнаться и преследовать тебя до самого последнего вздоха и даже после него.

Он будет вооружать против тебя других людей (любимое его дело), он будет входить в тебя через твои мысли, он будет подстраивать ситуацию так, чтобы ты пал или соблазнился. Он не будет знать покоя ни днем, ни ночью, пока тебя не погубит.

Богооставленность

«Где же Бог? Это самый тревожный симптом. Когда ты счастлив так что не нуждаешься в Нем Он, принимает тебя с распростертыми объятиями.

Но попробуй обратиться к Нему, когда ты в отчаянии, когда все надежды напрасны, и что тебя ожидает? Дверь захлопывается перед твоим носом и ты слышишь, как дважды поворачивается ключ в замке, гремит засов — и потом тишина. Окна темны.

Что означает Его явное присутствие во времена благополучия и полное отсутствие тогда, когда тебе необходима Его помощь в самый тяжелый момент твоей жизни?»
Клайв Стейплз Льюис «Боль утраты»

Эти слова великий писатель написал, когда смерть забрала его горячо любимую жену. Человек – существо, которое по своей природе призвано любить и быть любимым. Мы видим красоту этого мира, и она нас вдохновляет. Мы видим, что мир создан с потрясающей мудростью, и это нас восхищает.

Мы понимаем, что за красотой и мудростью мира стоит потрясающий Автор. Мы знаем о Нем из Откровения, данного Им же самим. Но нам мало знать что Бог – это Любовь, нам мало это понимать, нам надо чувствовать его любовь, нам хочется жить в Его любви, нам нужно быть в Его любви, нам важно отдать ему нашу любовь. Но этого всего у нас нет.

Мы знаем теорию, но в сердце пустота, и в душе вакуум.

Тоска по Богу – адская тоска по настоящей любви. Не той, которая сегодня есть, а завтра нет. Не той, которая зависит от превратностей судьбы. Не той, которая может быть в мгновение уничтожена временем и обстоятельствами жизни. А той самой, которая никогда не проходит и никуда не девается. Эта тоска по Богу тоже наш ад.

Самоосуждение

Корень всех наших проблем – гордость. «Человек – это звучит гордо», – писал в своей пьесе М. Горький. «Человек – это гордая глина», – учит нас старец Иосиф Исихаст и продолжает: «Одна глина превозносится над другой; один кусок глины завидует, обманывает, презирает другого.

Другой кусок глины пресмыкается или ворует у другого». Глина считает, что она центр мира. Глина под нашими ногами – это то, что осталось от нас самих. Это наше будущее. Когда-то эта глина изысканно пахла, наряжалась, пленяла, очаровывала, завоёвывала, наслаждалась – теперь это просто грязь под нашими ногами. Человек забыл, кто он без Бога.

Он Адам (евр. ‏אָדָם‎‏‎‎ – букв. человек; однокоренное со словами ‏אדמה‎‏‎‎ – земля и אדום – красный). Поэтому апостол Павел пишет: «Почитайте один другого высшим себя» (Фил. 2;3) Авва Антонийговорит: «Ставь себя ниже животных». Пимен Великий признается ученикам: «Поверьте, где Сатана, там и я буду».

Александрийский башмачник, который был святее Антония Великого, говорил: «Все спасутся, только я погибну». Есть базовый закон аскетики, который звучит следующим образом: количество благодати прямо пропорционально количеству смирения. Отцы часто говорят об осуждении себя на вечные муки как об опыте духовного делания.

Этот опыт приводит человека к совершенному раскаянию и глубочайшему смирению.

…и не отчаивайся

Отчаяние – самое страшное, что может произойти с душой. В отчаянии она дичает и теряет связь с Богом.

Совет Христов старцу Силуану говорит о царственном равновесии, балансирующем между двумя пагубными помыслами: «ты святой» и «ты не спасёшься». Оба эти помыслы внушаются диаволом.

Завет Христа, данный старцу, очень близок к его словам: «Претерпевший до конца спасен будет» (Мф. 24:13). Эти слова имеют абсолютную значимость для каждого из нас.

Делание, которому обучил Христос старца Силуана, нацелено на очищение и охранение от всякого греха, освобождение от всякого влияния диавола и самого ада, но также, главным образом, на обретение смирения в совершенной форме. Смирение, наряду с любовью, является главной христианской добродетелью.

Тот, кто держит ум в аду и всю свою надежду и упование направляет на милосердие Божие, является перед Богом подлинным «нищим духом», совершенно свободным от мира и от самого себя, вообще не полагающимся на себя и ничего не ожидающим от своих усилий.

Он опытно знает, что все благое и скорбное, случающееся с ним, – от Бога и только от Него одного. Молитва его становится интенсивной и непрерывной. И он уже может сказать вместе с апостолом: «И уже не я живу, но живет во мне Христос» (Гал. 2, 20).

Теперь он опытно знает и другие слова Господа: «Сила моя в немощи совершается» (2 Кор. 12, 9). В самоуничижении он получает полноту бытия и благодати. Став ниже всех, он возвышается над всеми.

Тот факт, что совет «держи ум в аду и не отчаивайся» дан самим Христом и, следовательно, равен евангельскому, обязывает нас следовать ему в доступной нам степени. Эти слова обладают универсальным смыслом, достаточным, чтобы в разные моменты жизни в соответствии с уровнем духовного преуспеяния каждый мог найти в них поддержку и помощь для движения вперед по пути в Богу.

Протоиерей Игорь Рябко

Источник: Православие.fm

Источник: http://sdsmp.ru/smi/2909/

О плевелах церковной литературы, или роль лифчика в деле спасения

Ум в аду, а сердце в раю. Протоиерей Игорь Рябко

Не так давно у нас в Запорожье прошла православная выставка.

Пробегая по книжным прилавкам современной православной книгопечатной продукции, прислушиваясь к разговорам книготорговцев, я удивлялся и возмущался одновременно.

«Адам, где ты? — спросил Бог в Раю нашего праотца. — Очнись, посмотри на себя, где ты оказался? В каком жалком и ничтожном виде теперь ты, Царь Земли, в кого ты теперь превратился?».

С тем же вопросом хотелось и мне обратиться к некоторым торговцам православной продукцией. Что вы продаете и зачем?

Вот книжица «Ой, мама, мамочка», она о замечательном мальчике Сашеньке, которого послала «троица и ее друзья» на землю «мочить» бесовские полчища. Голливуд бы позавидовал сюжету.

Детали своего спуска на Землю мальчик помнил в подробностях. И предрекал себе, герою, звездное будущее. «Вы будете мной гордиться», — без стеснения говорит юный отрок — молодой конкурент Шварценеггера.

Это не сказка, а реальные события, по мысли авторов этого православного триллера.

Вот полки завалены Юлией Вознесенской и ее сказками-притчами. Я не буду говорить о том, где была потеряна грань между сказкой и оккультизмом. Меня интересует другое.

Каждому литературному направлению в библиотеке отведено своё место: духовная, научная, богословская, философская литература и.д. Книгам Юлии Вознесенской место в отделе художественной литературы в разделе «фантастика».

Но она продается на выставке и в храме именно как духовная литература и так же воспринимается. Её Кассандра с макаронами и путешествие по ту сторону смерти, читается как некое откровение наряду с откровениями Макария Великого и мытарствами Феодоры.

Я не буду судить о литературном таланте Ю. Вознесенской, но продажа ее книг в отделе духовной литературы — это спекуляция на поисках псевдодуховных откровений нашими прихожанами.

На книжном рынке представлены чисто коммерческие проекты. Например, книга с изображением преподобномученицы Елизаветы Федоровны и одноименным названием оказалась по содержанию сборником всевозможных кусков разного рода литературы.

Скомбинированы эти куски бессистемно и невежественно. Но все связано с апокалипсическими предчувствиями.

Продавец расхваливал книгу как последнее откровение всем народам земли: в обязательном порядке — для спасения — ее должен прочитать каждый «От Москвы, до самых до окраин…».

Тема конца света вообще самая популярная тема. Любые пророчества, страшилки идут нарасхват.

И вместо фильмов ужасов православным предоставляют возможность пощекотать нервы и впрыснуть адреналинчика авторы книг и DVD-фильмов, которые расскажут, как и что будет в ближайшем страшном будущем и какие муки ада Бог придумал тем, кто вздумал взять ИНН.

Пророчества «тайных старцев», выдающих на-гора жареные факты в виде сногсшибательных откровений, идут нарасхват. Любители гороскопов и пасьянсов по сравнению с православными отдыхают. Куда им до нас.

Особый вид экстремальных книжных удовольствий — чудеса. Наравне с пророчествами они лидируют в рейтинге продаж книжной и видеопродукции. Чудес должно быть много, они должны быть наглядные, красочные, глянцевые, в хорошо упакованном виде. Чудеса, конечно, будут. Их любителям в апокалипсисе Иоанн Богослов предрек чудотворную икону (образ) зверя из бездны, которая будет чудотворить.

Я пытался вспомнить, где в традиционной православной литературе (Древний Патерик, Лавсаик, и проч.) говорилось бы хоть об одном из Святых Отцов, который бы восхищался чудесами, превозносил их и уж тем более искал. НИКТО и НИКОГДА из Отцов Церкви не занимался выискиванием чудес и не стремился к этому. Кассиан Римлянин советовал быть с ними очень осторожными, не доверять.

Я вспомнил один случай с духоносным старцем, который после того, как его духовное чадо стало восторгаться тем, что у неё лампадка каждую ночь в 12 часов зажигается сама по себе, отлучил её от причастия на полгода, а лампадка больше не зажигалась.

Мы быстренько перенесли свои страсти и пристрастия на поле духовной жизни. Искусно замаскировали плевелы под пшеницу. Жнем ее, едим и балдеем от удовольствия.

Вместо гадалок и гороскопов — пророчества по дням недели на ближайший Армагеддон. Не интересуешься жизнью Аллы Пугачевой и половой ориентацией Бори Моисеева — ничего, вот почитай у старца Антония, какое духовенство у нас паскудное.

Ужастики не смотришь — ерунда, вот посмотри фильмы Воробьевского о лапах антихриста над Церковью. КингКонг ВинниПухом покажется. Ты аскет и постник — ну вот тебе тысяча рецептов православной кухни.

Борешься с блудной страстью, целомудрием балуешься, ну ладно, вот прочти тогда книгу о пятистах самых распространенных грехах. И Шахерезада за тысячу ночей такого бы не сочинила. Цитирую: «Каюсь в том, что носила лифчик без благословения духовника». Вот теперь сиди и думай, в чем здесь грех.

В том, что носила, или в том, что без благословения. И как надо: не носить или каждый раз звонить с утра пораньше духовнику: «Батюшка, благословите на лифчик… Спаси Господи, батюшка… А на какой, с бретельками или без?..».

Авторы книги записали в наркотики чай и кофе — пить их тоже грех. А ведь Амвросий Оптинский баловался чайком. Не читал он, бедненький, эту книгу, не было её в то время, не повезло преподобному…

Не хватит бумаги перечислить «православные» заговоры, магию, трансформированную в «самые полные молитвословы», со спецмолитвами задержания. Такое себе харакири бесу. Своей святости нет, там мы его спецмолитвой прикончим.

Рассказ об этом бедламе можно было бы еще продолжать.

Одно неясно, зачем всё это называть именем православной продукции? Какое это имеет отношение к Церкви Христовой? Или, может быть, мы знаем хоть одного святого, который бы повелевал бесами не силой своей святости и причастности к Богу, а с помощью особых молитв, интересовался бы нижним бельем своих духовных чад, почитывал «фентези» и восходил от этого к созерцанию нетварного света?

Я могу сделать еще и тот вывод, что современный рынок книжной продукции четко сориентировался на наши страсти и легко закамуфлировал их под духовность. Жаль только, что мы этого както не замечаем. Или не хотим замечать.

Протоиерей Игорь Рябко

Газета «Одигитрия», N1 (57), 2007 г.

Источник: https://azbyka.ru/fiction/o-plevelax-cerkovnoj-literatury-ili-rol-lifchika-v-dele-spaseniya/

Pravo-consut
Добавить комментарий